Top Sport Travel - Путешествия и приключения. - Путевые заметки - Что такое Camel Trophy
Пойдем Ходить - клубные туры - Горнолыжные туры - Активный отдых по России - Активный отдых за рубежом - Альпинизм - Все туры

Велотуры

kids_bannerВелотуризм – это уникальный вид отдыха! Велотуры - полезны для здоровья! Вы можете значительно укрепить ваше здоровье, особенно если вы ведете мало подвижный образ жизни. Велотуры - доступны для всех! От вас не требуется большой физической подготовки, главное правильно выбрать велотур. Велотуры - для каждого! Если вы готовы к нагрузкам, то можете выбрать и сложный велосипедный маршрут. Велотуры - безопасны! Все велосипедные маршруты продуманы с точки зрения безопасности на дороге. Велотуры - уникальны! Это единственный вид отдыха, который по-иному раскроет для вас страну или регион, где вы путешествуете. Велотуры - доступны! Есть маршруты доступные для семей, молодежи, групп, пожилым людям! Мы предлагаем Вам покататься на велосипеде по Европе, России, Скандинавии

Тур/фирма Топ Спорт Трэвел основана в 1996 году!

Все эти годы мы делаем все, чтобы Ваш отдых получился интересным, безопасным и запоминающимся!  

 Звоните нам по (812) 740 12 10 (5 линий)

Путевые заметки

Всё только начинается…

16 полностью снаряженных Дискавери образуют ярко желтое кольцо на зеленой лужайке около шикарного отеля на берегу Южно-Китайского моря. Все экипажи стоят рядом со своими машинами, украшенными огромными государственными флагами. Взгляд то и дело скользит к удивительной и лаконичной надписи на крыле Дискавери: Yury Strofilov, Nikolay Shoustrov. Мы еще не привыкли к мысли что это НАША машина на ближайшие 16 дней, что через час-полтора, после завершения официальной церемонии открытия, мы стартуем в Camel Trophy-93. В центре круга — пестрая, красочная группа артистов в национальных костюмах. Мы ждем министра культуры и спорта штата Саба. Солнце кажется давит на плечи и голову, очень душно, вялые порывы влажного ветра с моря не приносят облегчения. Наконец министр приезжает и после представления ему всех экипажей и завершения обязательных официальных речей начинаются выступления танцоров, представляющих четыре наиболее многочисленных общины из 70 национальностей, проживающих в Сабе. Один танец сменяет другой. Я с тревогой начинаю поглядывать на часы: я выдержу это солнце еще 10, ну 15 минут не более... С удивлением замечаю среди рядов танцующих девушек немолодого полного мужчину в европейской одежде. Он внимательно всматривается в их лица, затем берет одну за руку и выводит с площадки мимо нашей машины. Я смотрю на них и вдруг понимаю, что танцовщица в полуобморочном состоянии от непереносимой жары. В течение последующих 10-15 минут еще 2 девушки были выведены с площадки. До меня доходит, что ситуация достаточно серьезна и проигнорировав торжественность и официальность обстановки я забираюсь в спасительную тень салона автомобиля, долго пью воду из фляжки, лью ее на голову. С новыми силами выхожу из машины под палящее солнце: теперь я, пожалуй, доживу до конца церемонии.

Специальные испытания (Special Tasks)

Поздно вечером конвой останавливается на ночлег. Отъезжаем на 20 метров от дороги и быстро ставим палатку. Это наш первый полевой ночлег. Журналисты Сергей Трофименко и Владимир Гескин, оба опытные путешественники (у Сергея это второй, у Володи — третий Camel Trophy) начинают готовить ужин. Мы с Юрой собираемся еще раз внимательно изучить инструкции к завтрашним испытаниям, но вдруг обнаруживаем, что одно колесо спущено. Ставим одно из 2-х запасок и начинаем менять проколотую камеру, утешая себя тем, что полученный опыт пригодится завтра в механическом «таске». Тут выясняется, что ножной насос не работает: его шток при работе заклинивает. Приходится разобрать насос, зачистить шток, смазать его. Закончив со всеми этими необходимыми работами, мы еще успеваем обсудить с малазийским экипажем план нашей совместной работы — одно из заданий мы по жеребьевке будем выполнять с ними. Проходят полтора дня «спешел тасков», полтора дня побед и разочарований. Оказалось, что мы хорошо бегаем и читаем карту (второе место в ориентировании), неплохо умеем работать с гаечными ключами и знаем устройство машины (седьмое место на механическом «таске»), неплохо водим машину (пятое место в фигурном вождении), но не владеем ювелирной ездой по искусственным препятствиям: мы не смогли уравновесить машину на гигантских качелях, собранных из бревен (но и не сожгли сцепление, как четыре других экипажа), не смогли заехать на качающийся плот. Оказалось, что эта трудная и тонкая работа требует колоссального взаимопонимания и доверия между тем, кто сидит за рулем, и тем, кто показываем что же надо делать. Нам с Юрой пришлось постигать это искусство на ходу, прямо во время «тасков» и как же это пригодилось потом, во время движения в конвое. Наиболее обиден был наш провал, пожалуй, в самом интересном из испытаний: в пятидесятикилометровом ралли по сложной сети разбитых проселочных дорог. Я за рулем, Юра работает со схемой маршрута, постоянно привязывая наше положение по показаниям Терратрипа (прибор, измеряющий пройденное расстояние с большой точностью). Володя следит за секундомером, Сергей работает с калькулятором, рассчитывая среднюю скорость. Весь экипаж работает как единый организм. Мы выдерживаем среднюю скорость с точностью до 1%, как вдруг, после очередного поворота, у мостика, который обозначен тремя восклицательными знаками в схеме маршрута, мы видим машину японской команды, целиком сползшую с дороги в ручей. Юра выскакивает из машины.

«Помощь нужна?»
«Нет, спасибо, мы справимся сами» - отвечают японцы и… вместо того, чтобы пропустить нас вперед, быстро натягивают лежащий поперек дороги тросс лебедки, перегораживая нам дорогу.

Мы вынуждены ждать пока они не вытащат свой Лендровер из канавы и не начнут движения. Мы едем явно быстрее, но японцы не пропускают нас вперед, обогнать же их на этой узкой лесной дороге невозможно. Наконец, на очередной развилке японцы делают ошибку и выбирают неправильную дорогу.

Путь свободен. Сейчас уже не нужен контроль средней скорости, нужно держать максимально возможную скорость, чтобы отыграть наше отставание. Вот и контрольный пункт. Мы получаем заслуженные штрафные очки и дальше можно ехать спокойно, выдерживая новую заданную среднюю скорость. Но возбуждение, вызванное бешенной гонкой на первом участке, не проходит и мы делаем ошибку на очередном сложном перекрестке. Мы теряем около 7 минут прежде, чем осознаем и исправляем эту ошибку. Снова акселератор в пол, чтобы попытаться компенсировать отставание. Но оно, увы, слишком велико.

Конвой

В конвое 30 Лендроверов. Из них: 16 Дискавери — машины участников и 14 — машины поддержки (Дискавеpи и Дефендеpы). Конвой живет своей особой жизнью. То он несется с бешенной скоростью по скользким глиняным лесовозным дорогам, и кажется немыслимым, что водитель в здравом рассудке может выбрать сам, своей волей такую скорость. То тащится по пыльным проселкам со скоростью пешехода. То, после более, чем 20 часов непрерывного движения и борьбы с бездорожьем, он останавливается и замирает без команды, просто потому, что он выдохся и у него нет сил работать. Все спят прямо в салонах и на крышах машин, окруженные ночными джунглями, и только американец Дэн Амон, участник Camel Trophy'92, а ныне водитель Дефендера киногруппы, прорубается сквозь заросли кустов с мачете в руках вдоль остановившегося конвоя и, заглядывая в очередную машину, ошеломленно повторяет: «Надо же, все спят. И здесь все спят!!!» Иногда конвой попадает в забавные ситуации. Вот он едет по хорошей лесовозной дороге и замедляет ход перед длинной крутой горой, которую машины должны атаковать по очереди. У подножия горы стоит пожилой малазиец, босой, в шортах и с сигаретой в зубах. Он приветствует экипаж очередной машины, которая останавливается напротив него, и на ломаном английском спрашивает:

«Куда едете? »
«Вперед!» — лаконично отвечают ему из каждой машины.
«Но там, впереди, на горе, дорога заканчивается» — пытается объяснить он.
«Заканчивается? Но не для нас.»

Мы — Camel Trophy и там где, по его мнению, дорога заканчивается, для нас она только начинается. И так весь конвой гордо проезжает мимо. Чтобы поднявшись на гору обнаружить, что мы заблудились и что действительно дорога здесь кончается. Конвой с трудом разворачивается и проезжает обратно мимо изумленного малазийца.

Влажный тропический лес

Еще было светло, когда мы начали освобождать узкую лесную дорогу от двух гигантских упавших деревьев, которые перегородили нам путь. Было не очень трудно, отпилив стволы сдвинуть их лебедками и сбросить вниз по склону. Гораздо труднее оказалось сдвинуть два гигантских, вывороченных с почвой, пня. Работа затянулась на несколько часов. Натужный вой лебедки, стук топоров, рокот дизелей, мелькание десятков лопат в свете фар и прожекторов. Все это напоминает строительную площадку за день до сдачи объекта. Ко мне подходит итальянец Джиованни:

«Николай, отвлекись от работы на 15 минут и пройди метров 200 вперед по дороге, выключи фонарь и послушай джунгли.»

Я бросаю, уже порядком надоевшую, лопату и иду по дороге вперед. Через 50 метров за поворотом скрываются огни фонарей и прожекторов, еще через 100 метров исчезает «индустриальный» шум, мне становится чуть жутковато, но я прохожу дальше и выключаю фонарик. Лес наполнен звуками, голосами живых существ, которые переплетаясь друг с другом создают удивительную музыку. Глаза привыкают к темноте, и я различаю сквозь кроны деревьев звезды. Затем я замечаю, что «звезды» светятся не только над головой, но повсюду в толще леса — это светились гнилушки, или светящиеся насекомые. Затем я начинаю различать всполохи бесшумных зарниц, которые вспыхивают кажется прямо среди деревьев. Нам объясняли, что этот лес сохранился без изменений с доисторических времен. Человек еще не успел вмешаться и разрушить его жизнь. Но одно дело знать, а совсем другое почувствовать это. Я стоял потрясенный и восхищенный, стараясь запомнить даже не то, что я видел и слышал, а то, что я чувствовал, запомнить навсегда… Вернувшись к «стройплощадке», я подошел к Джиованни и просто сказал: «Спасибо»…

Машина и дорога

Сегодня мне удивительно повезло: моя очередь вести машину (мы меняемся с Юрой - день ведет он, день - я) и дорога (если это можно назвать дорогой) очень сложна, но нет изнурительного и скучноватого строительства мостов и других земляных работ. Всюду можно проехать, если ты сумеешь это сделать, без лебедки. То есть, сегодня идеальная дорога для того, чтобы испытать себя и машину. Погода тоже как по заказу: каждые полтора часа минут на 10-15 включается дождик - это чтобы дорога не просохла и мы могли насладиться идумительно сколькой глиной на дороге. Вождение на такой дороге напоминает мне одновременно скололазание и слалом. Ты останавливаешься или замедляешь ход перед сложным участком, прикидываешь траекторию движения, стараешься угадать передачу и вперед. «Так, впереди грязь, кажется неглубокая, попробую третью передачу. Обороты падают, больше газу, больше. Так, хорошо, теперь поворот, чуть сбросить газ. Руль вправо и по газам». Машина передними колесами втягивает себя в поворот. «А здесь колея. Дальше она становится глубже — это опасно, можно сесть на „брюхо“. Нужно из нее выпрыгнуть. Руль влево, по газам. Отлично.» Дискавери послушно выполняет мои приказы. «Дальше горка. Сначала разогнаться на третьей сколько можно». Машину начинает заносить — потеряно сцепление с грунтом. Убрать ногу с педали газа. Сцепление с дорогой восстановлено. Машина снова управляема. Теперь вторая передача и аккуратно, не газуя, чтобы не сорвать колеса, въехать в гору». Теперь нужно остановиться и подождать тяжелый Дефендер Збышека, чтобы убедиться, что он проедет эту горку. Подъезжает Збышек, машет рукой — все в порядке, и остается поджидать следующую машину. Снова вперед. Здесь дорога чуть получше, можно ехать быстрее. Поворот и… я растерялся. Передо мной гора не крутая, но длинная, дорога прорезана очень глубокими и извилистыми промоинами вдоль и поперек. Я успеваю понять, что во-первых, нельзя терять скорость и останавливаться, так как с места мне будет не тронуться, а во-вторых, если я попадаю колесами в продольные промоины, то без лебедки будет не выбраться. Я продолжаю ехать вперед, но совершенно не понимаю, что же нужно делать, чтобы здесь проехать. И вдруг мои руки и ноги начинают совершать какую-то сложную и целесообразную работу. Руль влево, вправо, газ, сбросить газ. Я уже не отдавал приказы Лендроверу, но составлял единое целое с автомобилем. Я просто чувствовал (не осознавая), что колеса соскальзывают вправо, руки сами поворачивали руль влево, а нога давила на газ, чтобы помочь Дискавери. Снова руль влево, вправо, влево, вправо. Газ, сбросить, газ, еще газ, еще… И вот этот участок позади. Ребята аплодируют мне. Слышу голос Сергея: «Ну, Коля, ты железка». Я оборачиваюсь к журналистам и начинаю делиться своими впечатлениями на приличной для этой дороги скорости но прямо перед нами узкий мостик. Слева и справа от него — озерцо. Заезд на мостик с поворотом, съезд с поворотом и в гору. Здесь уже проложена колея, но почва другая — это рыхлый песок, т.е. машина легко вылетит из колеи при ошибке в пилотировании. Несколько Лендроверов стоят на площадке за мостиком, готовые оказать помощь если понадобиться. Я отвлекся и допустил ошибку: нельзя было на такой скорости входить в «слепой» поворот. Если я начну тормозить, то машина потеряет управление и вылетит прямо в правое озерцо. «Чуть сбросить газ, руль влево, вернуть его в среднее положение, газ.» Влетаю на насыпь. «Сбросить газ, руль влево, газу, руль прямо и по газам. Проскочил...» Я останавливаюсь. Ко машине подбегает Лу из французского экипажа:

«Поздравляю! Это было самое красивое прохождение участка! »

Вечером я иду к водителям машин поддержки — французам Жану и Жаку, которые обучали нас пилотированию во Франции, в Рошполе, чтобы поблагодарить их. Сегодня я понял, как много они дали мне во время этих уроков.

Мосты

На острове Борнео выпадает около 2 м осадков в год. Местность холмистая. Дороги прорезают склоны гор, а ручьи прорезают дорогу многочисленными и очень глубокими промоинами. Вода подмывает и быстро разрушает мосты, построенные из уложенных рядами бревен. Наш рекорд — 7 мостов, построенных за день. В тот день мы проехали меньше 30 км за 16 часов. Строительство мостов — это очень ответственная и сложная работа. Ведь мост должен выдержать Дефендер, вес которого намного превосходит 2 тонны. Иногда удается использовать четырехметровые дюралевые мостовые конструкции, которые конвой везет с собой на машинах поддержки. Иногда мы используем бревна от разрушенных мостов, иногда… иногда мы переезжаем промоины и ручьи по каким-то очень условным мосткам. Надо признаться, что первое время было просто страшно въезжать на мостик, состоящий всего из двух бревен (по бревну на колею). Здесь нам с Юрой очень пригодился опыт, полученный во время первой серии специальных испытаний. Однажды мы подъехали к месту, где дорога была полностью смыта на протяжении 40-50 метров. Мы долго стояли, привыкая к мысли, что нам придется восстановить этот участок дороги, пробившись сквозь заросли кустарника и бананов и выровняв склон горы. Но начав работу, мы удивительно быстро построили дорогу, может быть потому, что это был уже 13 день Camel Trophy и мы научились работать вместе как одна большая и дружная команда.

Опасности в Camel Trophy'93

Во второй вечер нашего пребывания на Борнео мы с Юрой пошли искупаться в море. Но не в открытом море, а в заливчине, огороженном металлической сеткой. Юра укололся об морского ежа, и доктор, в течение полутора часов, извлекал обломки иголок из пальцев и затем, в течение 3 дней, Юра принимал антибиотики. Это происшествие послужило хорошим предупреждением для нас. Мы сразу вспомнили лекцию «Выживателя» и решили старательно следовать его советам. Тропический лес очень красив, но мы там были чужаками, которые очень плохо понимают его жизнь. Его не нужно было бояться, но безусловно его нужно было уважать.

Журналист из итальянской команды, во время пешего похода в «Затеряный мир», решил прогуляться босиком рядом с палаткой и какое-то насекомое укусило его в ногу. В результате пришлось отправить его вертолетом в госпиталь. Он вновь присоединился к конвою через несколько дней, но все оставшиеся дни он выходил из машины с костылем подмышкой.

Юра Овчинников (участник Camel Trohpy'92, а в этом году водитель машины поддержки), прокладывая дорогу в «Затеряный мир», собрал на ноги 12 пиявок, и доктору пришлось делать ему инъекции, чтобы остановить кровотечение.

Во время первой серии «спешел тасков», один из русских журналистов (не участник команды) перегрелся на солнце, наблюдая за нашими состязаниями и его в бессознательном состоянии увезли в госпиталь. Швейцарец Маркус заболел лихорадкой Дэнги, которую передают москиты при укусах.

Голландский экипаж традиционно перевернулся (традиционно потому, что это происходит с голландцами третий год подряд), попав левыми колесами в глубокую яму. К счастью, никто из экипажа не пострадал. На третий день (вернее ночь) нашего пребывания в джунглях, во время строительства моста, когда водитель малазийского экипажа Саби стоял по пояс в воде к нему подплыла удивительно красивая черная с ярко желтыми кольцами двухметровая змея. Но испуганная шумом и светом наших фонарей уплыла прочь. Позже, просматривая альбом с фотографиями змей, мы выяснили, что это была кошачья змея (cat snake), укус которой опасен, но не смертелен.

В общем, Camel Trophy — это не увеселительная прогулка, но и не «Тропа смерти», как писали в некоторых наших газетах.

Маленькие радости

Пять дней непрерывной работы днем, а иногда и ночью, мутная вода, которую можно пить только пропустив через каталитический фильтр «Катадин» и продезинфицировов ее таблетками. И вдруг конвой въезжает в поселок, прямо на базарную площадь. А на базаре продаются фантастических размеров ананасы, банары и прочие заморские фрукты (для нас заморские, не для малазийцев). Без команды, но как по команде, конвой останавливается, и экипажи бегут наперегонки к лоткам, чтобы купить самые зрелые фрукты.

Закончился изнурительный пеший поход в «Затерянный мир», где в течение 24 часов мы собирали дом для биостанции. После почти трехдневного отсутствия мы возвращаемся к нашим машинам. Наскоро перекусив мы еще часа полтора едем до ночлега на огромной поляне. Уже поздно и темно. В деловитости, с которой все экипажи начинают ставить лагерь, угадывается одно желание: как можно скорее поесть и спать, спать, спать. Но появляется командирская машина и Яан Чепмэн объявляет, что мы все хорошо потрудились и теперь самое время выпить пива. Весь Camel Trophy'93 дружно кричит «ура» и бросается разбирать упаковки баночного пива. Это пиво послужило сигналом к извлечению из чемоданов стpатетических запасов, и через полчаса кэмелтрофическая команда, собравшись у костра бельгийского экипажа, оживленно сравнивала достоинства крепких напитков, привезенных сюда со всего Земного Шара. Песни и разговоры не смолкали часов до трех ночи. Наш поход близится к завершению, все устали от жары и грязи. Одежда уже давно потеряла свой первоначальный цвет. А тут еще дорога уперлась в настоящее болото. Грязь такая, что с трудом выдираешь ноги, которые погружаются в нее почти по колено. Пробиваясь через это болото, укладывая и переставляя сэндтраки, мы измазались буквально с ног до головы липкой противной грязью. Проходит всего полчаса и мы подъезжаем к небольшой реке с ЧИСТОЙ, ПРОЗРАЧНОЙ и ХОЛОДНОЙ водой. Прямо в одежде мы забираемся в речку и часа полтора нам кажется, что Эдем был расположен где-то недалеко от Борнео.

Если бы парни всей Земли…

Устав Camel Trophy'93 гласит (п.5.2): «Результаты будут объявлены на заключительном банкете, на котором победителям будет вручен Camel Trophy». И вот он заключительный банкет. Мы понимаем, что в «спешэл тасках» у нас слишком много провалов, но надеемся, что в Team Spirit (командный дух) у нас неплохой результат. И вдруг — 14 место. Мы с Юрой расстроены. Мы оба спортсмены и для нас результат соревнования — это место, которое мы заняли. Значит все тренировки, все испытания, трудности и опасности, которые мы преодолели, все напрасно? Банкет завершается и мы рады быстрее уйти в наш номер. Праздник для нас закончился. Быстро засыпаем, но не надолго. Сквозь сон чувствую, что меня поднимают и куда-то несут. Накопившаяся усталось сказывается и я даже открыв глаза, не сразу понимаю, что же происходит. Вижу чьи-то ухмыляющиеся физиономии. Жан и Жак несут меня. Но куда и зачем? Очень скоро я узнаю куда и зачем: описав в воздухе дугу, я лечу в бассейн, вслед за мной летит Юра. В воде плавают банки с пивом и люди, вся команда Camel Trophy уже здесь. Подплывает Поль из команды Франции, они выиграли приз Special Tasks (приз специальных испытаний):

«Парни, я так рад, что мы выиграли приз, я так раз, что мы тут все вместе, давайте выпьем! »
«Поль, конечно выпьем, поздравляю!»

Рядом итальянцы, с которыми мы подружились еще во время международного отбора:

«Коля, Юра, плюньте вы на места, мы то знаем, что вы лучше всех. Мы поставили вас на первое место в своей карточке по Team Spirit.»

Я оглядываюсь: улыбается австрийцы Антон и Томас, с которыми мы всю ночь, борясь со сном, прибивали кровельное железо на крыше дома в «Затерянном мире». Серьезный как всегда пьет пиво немец Филип, с которым я в каноэ переправлялся через бурную широченную реку, чтобы натянуть трос для переправы. Хохочет и балагурит заводила и весельчак бельгиец Ги. Кидают в бассейн очередную жертву поляки Эрнест и Павел, которые на заключительном таске теряя время и зарабатывая штрафные очки, выдернули наш безнадежно застрявший Дискавери, а всего через 10 минут мы вернули им долг, помогая сменить проколотое колесо. Повсюду я вижу такие знакомые и pодные лица. Кажется немыслимым что завтpа мы pасстанемся…

Мы здорово работали вместе, пережили столько приключений, мы стали друзьями, парни из Малайзии и Японии, Австрии и Бельгии, Канарских Островов и Франции, Германии и Греции, Голландии и Италии, Польши и Испании, Швейцарии и США, России и Турции. И чтобы потом ни писали и ни говорили журналисты в своих немного странных репортажах, я знаю: мы выиграли свой Camel Trophy!!!