Top Sport Travel - Путешествия и приключения. - Путевые заметки - Как я попал в Camel Trophy
Пойдем Ходить - клубные туры - Горнолыжные туры - Активный отдых по России - Активный отдых за рубежом - Альпинизм - Все туры

Велотуры

kids_bannerВелотуризм – это уникальный вид отдыха! Велотуры - полезны для здоровья! Вы можете значительно укрепить ваше здоровье, особенно если вы ведете мало подвижный образ жизни. Велотуры - доступны для всех! От вас не требуется большой физической подготовки, главное правильно выбрать велотур. Велотуры - для каждого! Если вы готовы к нагрузкам, то можете выбрать и сложный велосипедный маршрут. Велотуры - безопасны! Все велосипедные маршруты продуманы с точки зрения безопасности на дороге. Велотуры - уникальны! Это единственный вид отдыха, который по-иному раскроет для вас страну или регион, где вы путешествуете. Велотуры - доступны! Есть маршруты доступные для семей, молодежи, групп, пожилым людям! Мы предлагаем Вам покататься на велосипеде по Европе, России, Скандинавии

Тур/фирма Топ Спорт Трэвел основана в 1996 году!

Все эти годы мы делаем все, чтобы Ваш отдых получился интересным, безопасным и запоминающимся!  

 Звоните нам по (812) 740 12 10 (5 линий)

Путевые заметки

Пролог

Я перелистываю страницы своего заграничного паспорта — пестрят визы и отметки иммиграционных служб Англии, Франции, Италии, Швейцарии, Малайзии, Сингапура... Я уже с трудом верю, что это я, именно я побывал там. Истнор Кастл, Женева, Шамони, Флоренция, Тоскана, Монтекарло, Рошполь, Маpсель, Куала Лумпур, Кота Кинабалу, Борнео. Эти названия всего полгода тому назад не говорили мне ничего, просто красивые названия экзотических мест, в которых я никогда не побываю, а сейчас за этими названиями возникают лица, события, пейзажи.

А все началось в скромном подмосковном Звенигороде в сентябре прошлого года.

Мой товаpищ мечтал попасть в Camel Trophy. Он обещал пpинести анкеты и мне. Сначала я достаточно легкомысленно относся к идее направить свою заявку на участие в Camel Trophy'93, т.к. был убежден, что только «специальные» люди могут попасть туда, а весь шум по поводу анкет и отбора — для создания некоторого общественного мнения. Поэтому я совершенно спокойно попросил брата заполнить мою анкету, т.к. её должны были мне передать только на следующий день после моего отъезда в длительную командировку на Памир. Брат, имея очень туманное представление об автомобильном спорте, написал ее за меня так, как я бы постеснялся написать о себе сам. По его версии оказывалось, что я вожу автомобиль чуть ли не с пионерского возраста, а за год накатываю на своей разваливающейся «единичке» около 40000 км. Фотографию на анкету он наклеил свою собственную, объяснив мне, что не смог найти мою фотографию. Я же думаю, что он просто решил, что его физиономия на фото выглядит лучше моей.

В результате, когда в первых числах сентября мне позвонили поздно вечером домой и серьезный голос сказал, что я должен явиться туда-то и туда-то во столько-то и во столько-то для собеседования на английском, я минут 15 не мог понять, что это имеет непосредственное отношение к Camel Trophy. Тут я немножно занервничал, так как мой разговорный английский оставляет желать лучшего, к тому же весь август я провел в горах, работая с французскими альпинистами, и мой школьный французский основательно потеснил в моем сознании английский. К счастью, придя на собеседование, я обнаружил, что российский экзаменатор говорит по английски отнюдь не лучше меня, а иностранный экзаменатор — француженка, говорит по-английски совсем плохо. Поздно вечером после собеседования мне позвонили и тот же очень серьезный голос сказал, что я допущен к национальному отбору в Звенигороде в конце сентября.

Национальный отбор

25 сентября в 8.00 все кандидаты встречаются на Васильевском Спуске. Мы получаем форму, номера и садимся в автобус, который отвезет нас в Звенигород. С интересом присматриваюсь к своим конкурентам. Я вдруг неожиданно осознаю, что при всей неопределенности и неясности предстоящего отбора, 2 человека из этих 24-х обязательно пройдут его и будут участвовать в Camel Trophy-93. Первый разговор и знакомство я начинаю со своими соседями по автобусу. Это Дима Бекетов из Москвы и Юрий Строфилов, который живет в Санкт Петеpбуpге, а работает в Москве. Как в ускоренном кино прокручиваются три дня национального отбора, одно задание сменяет другое: бег, ночное ориентирование, полоса препятствий, психологические тесты, строительство мостов и т.д. и т.п. Память останавливается на некоторых моментах. Первое знакомство с лендровером Дискавери: я сижу за рулем и готовлюсь проехать с инструктором-французом простую трассу, обозначенную вешками — обычное упражнение на «площадке» при сдаче экзамена по вождению, обычное упражнение за исключением того, что я сижу в совершенно необычном, непривычном для себя автомобиле. Все как-то неправильно: толсный руль, правая рука промахивается мимо ручки переключения скоростей, я не чувствую габаритов и вообще машина какая-то неприлично большая. Я сбиваю вешку вторых ворот, с третьей попытки, найдя заднюю передачу, возвращаюсь перед третьями воротами, проезжаю их и не вписываюсь в четвертые ворота. В полном расcтройстве заезжаю на гору, останавливаюсь, держа ногу на тормозе, включаю передачу заднего хода, привычным движением отпускаю педаль тормоза, начинаю включать сцепление и… улетаю вниз по склону с нарастающей скоростью. Нога сама находит педаль тормоза и машина останавливается с заглохшим двигателем. Я растроен и подавлен — полный провал. Я её не понимаю, она не слушается меня. А на собеседовании, уже во время отбора, я объяснял Данкену Барбару, что одна из причин, почему я участвую в отборе и хочу принять участие в Camel Trophy, — это то фантастическое, почти эротическое чувство, когда ты ощущаешь мощную машину как продолжение своего тела, когда ты не управляешь ею, а просто движешься вместе с ней как одно целое. Французский инструктор Жан, понимая мое состояние, утешает меня: «Николя, все нормально, это моя вина, я должен был объяснить тебе, что нужно просто одновременно бросить педали сцепления и тормоза». Спасибо Жану, но я понимаю, что мои шансы попасть в заветную четверку, которая поедет на интернациональный отбор, стремительно падают. И вот заключительный аккорд национального отбора. Объявляются имена четырех счастливчиков. Юрий Строфилов, Дмитрий Бекетов, Борислав Казанкин и… и… Николай Шустров.

Начинается новый этап. Каждые 2-3 недели, как на работу я еду в Москву, затем в Звенигород на тренировки. Мы привыкаем к автомобилю. Я с изумлением понимаю, что он может ехать там, где автомобиль не может и не должен ехать в соответствии с моим автомобильным опытом. В основном мы ездим по заснеженным трассам и во мне возникает идея, что управлять лендровером не сложно: это достаточно мощная машина (особенно при диапазоне пониженных передач), поэтому надо давить на газ, чем больше — тем лучше, а машина вывезет из ямы, из грязи, в гору.

Тренировка в Англии

6:30 — подъём. 7:00 — завтрак. В 7:30 мы встречаемся у сверкающего свежей краской новенького лендровера с инструкторами. Джон Картер будет сегодня обучать меня и Борислава. Поль Ллойд - Юру и Диму. С 8.00 до 18.00 мы проведем на полигоне в Центре по подготовке водителей полноприводных автомобилей повышенной проходимости (автомобили 4x4). Джон спокоен, немногословен и очень доброжелателен. Мы проезжаем по изумительному парку среди вековых дубов. Не обращая внимания на наш Дискавери справа и слева от дороги пасутся благородные олени, фазаны выпархивают прямо из под колес, за озером, подернутым утренним туманом, возвышается совершенно сказочный силует замка. Мы пересекаем парк, Джон ключом открывает ворота, перекрывающие въезд на трассы центра, и мы попадаем в грязь. Грязь фантастическую и разнообразную, местами жидкую как сметана, местами вязкую настолько, что только с посторонней помощью удавалось вытащить ноги из нее. Это наш класс, где мы будем постигать азы вождения автомобиля 4х4 и работы с лебедкой фирмы Super Winch. Вот несколько уроков.

Урок первый

Мы останавливаемся перед горой. Дорога так круто уходит вверх, что только наклонившись вперед и почти лежа на руле я могу разглядеть колею, уходящую вверх и кажется теряющуюся в кронах деревьев. — «Поехали» — невозмутимо говорит Джон. — «Здесь?» — переспрашиваю я. — «Да, здесь» — подтверждает Джон. Вспоминая уроки в Звенигороде, включаю вторую пониженную передачу и жму на педаль газа, вспомнив, что чем больше газа, тем лучше. Мотор взревает и машина начинает двигаться вверх, но все более и более неохотно. Затем останавливается и начинает ползти вправо вбок, соскальзывая в кювет. — «Стоп» — дает команду Джон. Я убираю ногу с газа и торможу. Двигатель глохнет. — «Легче, легче, Николай. Здесь тебе не нужно использовать мощность двигателя, ты можешь заехать на эту гору даже на холостом ходу». Видимо прочитав в моем взгляде глубокое сомнение в осуществимости этой идеи, он дает команды: «Включаешь первую передачу, убери ноги с педали сцепления и тормоза, машина стоит на горе на передаче. Теперь поворачивай ключ и включай зажигание». — «Вот так на склоне?» — не могу поверить я. — «Попробуй» — невозмутимо предлагает Джон. Я пробую. Двигатель просыпается и мерно, неторопливо работая, безо всякого напряжения вытягивает Дискавери вверх по крутому склону.

Урок второй

Мы едем по глубокой колее, временами я удивляюсь как Дискавери не ложится днищем на грунт. Вижу впереди — развилка и дорога без колеи отходит налево от нашей дороги.
«Здесь поверни налево» — говорит Джон как-то чуть более невозмутимо, чем обычно.
Я как старательный ученик, довольный что может выполнить задание своего учителя, кручу баранку влево и… Дискавери продолжает ехать прямо по колее.
«Не получилось» — растерянно комментирую я ситуацию и даю задний ход, чтобы повторить попытку.
Когда моя третья или четвертая попытка оканчивается поражением, я понимаю, что десятая и двадцатая закончатся тем же.
Помня, что участник Camel Trophy должен отличаться решительностью, я выхожу из машины, снимаю лопату, входящую в навесное оборудование Дискавери, и решительно начинаю прокапывать выход из колеи налево.  «Ну что же» — кисло соглашается Джон, — «Это вариант». И через три минуты, оценив темпы моей работы, добавляет:
«Здесь тебе работы минут на тридцать. Может быть попробуешь другой способ?»
Я отрываюсь от своей героической борьбы с вязкой грязью и замечаю, что Джон держит в руках канат с двумя крюками по концам из штатного оборудования машины, кивая на дерево, растущее как раз на повороте. Я с недоумением смотрю на него, на канат, на дерево… Затем до меня доходит: это же просто геометрия: дуга, описываемая жестко заданным радиусом. 15 секунд уходит на то, чтобы закрепить один конец каната крюком за серьгу под лебедкой, еще 50 секунд — чтобы натянуть и закрепить канат на дереве. Я включаю двигатель и медленно, неторопливо Дискавери описывает дугу вокруг дерева и освобождается из колеи.

Урок третий

Мы атакуем: атакуем грязь, лужи, пруды, озера жидкой грязи. Временами она закрывает капот, волны ее разбиваются о ветровое стекло. Я весь в напряжении, двигатель работает на повышенных оборотах. Инструктор подбадривает: «Нажимай, газу, газу побольше». Я понимаю, что если здесь в этой грязи застрять, то вновь тронуться с места будет невозможно и тогда — долгая работа с лебедкой. И вдруг команда:
«Остановись здесь. «
«Здесь? В этой грязи?? Нам же придется винчеваться!!!»  «Ничего, давай попробуем.» Я останавливаюсь, с тоской прикидывая как и где крепить трос лебедки.
«Включай третью передачу и побольше газа.» Я включаю передачу, отпускаю педаль сцепления — двигатель чихает пару раз и глохнет.  «Больше газа» — объясняет Джон. Я даю больше газа, двигатель протестующе ревет, колеса прокручиваются в грязи, не находя сцепления с грунтом. Машина стоит на месте.  «Теперь вращай рулевое колесо резкими толчками вправо влево.» Я начинаю крутить руль, передние колеса боковыми выступающими ребрами протектора ищут и находят сцепление с грунтом. Машина трогается с места и медленно, медленно начинает набирать скорость. И вот мы уже снова несемся сквозь воду и грязь, не вполне понимая, сидим ли мы в автомобиле или в катере.

Урок четвёртый

Мы застряли. Застряли абсолютно безнадежно. И это тем более обидно, что мы только что закончили двухчасовой непрерывный винч. Мы вымокли до нитки, мы устали, хотим есть и уже направляемся домой в наш палаточный лагерь. И вот эта яма. Всего-то нужно было дать чуть больше газа, ехать чуть быстрее и мы бы проскочили ее, как это только что сделала перед нами машина Данкена Барбара. Данкен выходит из машины, отпускает какое то достаточно ехидное замечание в нашу сторону и разматывает длинный желтый строп, который мы использовали до этого только для закрепления троса на деревьях. Он кидает нам один конец, который я закрепляю за серьгу. Я понимаю, что нас сейчас будут выдергивать, но уж больно глубоко мы засели в эту яму с достаточно крутыми стенками. Данкен сдает машину назад к нам, и разгоняя машину устремляется вперед, стремительно выбирая слабину стропа. Я напрягаюсь ожидая удара, но его нет. Эластичный капроновый строп растягивается, запасая энергию в себе, а затем мягко и мощно вынимает нас из ямы. Мы свободны, вперед на ужин!

Закончились тренировки перед интернациональным отбором. Мы все четыре кандидата подружились и временами становится очень обидно, что мы должны будем бороться друг с другом за два заветных места.

Мы присматриваемся друг к другу. Кто попадет в команду? Какая двойка из четверки в течение двух недель будет работать рука об руку в джунглях далекого мифического Борнео? Обаятельный Борислав, который говорит на английском как на родном языке, или веселый, компанейский, мастер на шутки Дима, целеустремленный, фантастически здоровый Юра или я? Кто я такой, и что я имею в своем активе? Я знаю, что прошел в четверку последним номером, проиграв остальным трем кандидатам. Почему? Каковы мои сильные и слабые стороны? Как мне победить своих друзей-конкурентов? Я знаю как выжить в горах, на морозе, я участвовал в трех зимних экспедициях на семитысячники, участвовал в спасательных работах в горах, работал в Армении после катастрофического землетрясения. Я знаю, что такое многочасовая, многодневная работа, когда ты утомлен, измотан до предела и не имеешь права на ошибку, потому-что ценой этой ошибки будет жизнь твоя или твоего товарища. Но нужен ли здесь этот мой жизненный опыт? Я вспоминаю замечание Юры Овчинникова — участника Camel Trophy'92, оброненное вскользь: «Коля, к тебе главное замечание — ты очень замкнут, общаешься через силу». Да, пожалуй, он прав. Мне очень мешает моя стеснительность. Ну что же, время еще есть, хотя невозможно изменить свой характер за пару месяцев. Изменить нельзя, но можно немножко сыграть. Я вновь и вновь прокручиваю в памяти национальный отбор в Звенигороде. Внимательно прислушиваюсь к рассказам Юры Овчинникова и Александра Аксенова об интеротборе 91 и 92. Продумываю линию поведения, одежду, даже прическу. И постепенно в моем воображении возникает некий образ — это я, и в то же время это немного другой человек, более уверенный в себе, более спокойный, более общительный и может быть даже более наглый…

Интернациональный отбор

Мы летим в Женеву. В Женеве нас встречает Паскаль Вали — сотрудник GEM, который будет сопровождать нас все 2 недели. Мы волнуемся, скрывая волнение за показной веселостью, все собраны и готовы к борьбе. Слишком много сил и времени отдано, чтобы проиграть. Так думает каждый из нашей четверки, а пройдут отбор только двое. Но прочь все эти тревожные мысли. Сегодня вечером мы едем в Шамони, а Шамони это… это Шамони. И там мы проведем два дня. Два дня солнца, снега и горных лыж!!!

Показывает нам эту фантастическую горную страну горный и лыжный гид Фабрис. Альпинистский мир очень тесен и мы находим общих знакомых и друзей. Эти два дня проносятся как сон. И вот мы уже едем по дорогам Италии, неотвратимо приближаясь к месту проведения интеротбора в Тоскане.

Настроение у меня отвратительное. За два дня до отъезда мне пришлось удалить зуб (не везет, так не везет), после катания на лыжах десна воспалилась: боль ужасная, я с тоской смотрю в будущее. Я был окончательно добит, когда увидел Длинный Дом, в котором мы будем жить во время отбора. То, что он длинный — это безусловно правда, а вот то, что дом… Хотя, конечно, крыша есть, а вот стен как-то так оказалось что нет. А ночью мороз до -5. Я сразу прикинул, что станет с моим зубом через пару ночей, и загрустил. Загрустил, но тут же пришла спасительная мысль, что во всяком случая это прекрасное оправдание на случай моей неудачи перед своими друзьями. А может быть перед самим собой? Нет, оправдываться за неудачу, это удел слабых. Нужно собраться и бороться, а там посмотрим.

Ночь прошла достаточно комфортно, выданный спальный мешок оказался на удивление теплым, и утром я проснулся готовый к борьбе. Но в этот первый день отбора бороться не пришлось. Первый день был на удивление спокойный и приятный. Больше всего запомнились занятия по выживанию в джунглях. «Выживатель», такое прозвище как-то сразу приклеилось к инструктору по выживанию, рассказывал совершенно замечательные вещи про пиявок которые пробираются под любую одежду, про змей, которые могут притаится где угодно и надо двигаться так, чтобы они имели возможность уползти прочь, как работать с мачете, чтобы не отрубить себе ногу, про ядовитых насекомых, которые сидят повсюду и просто ждут, когда ты отправишься прогуляться босиком, как устроить ночлег в джунглях, как не заблудиться там и что делать, если это произошло. Он говорил очень серьезно и весомо, сверкая глазами и подтверждая каждый свой тезис взмахом мачете, который он использовал как указку. Временами лезвие ножа мелькало в каких-то сантиметрах от моего носа, что безусловно способствовало концентрации моего внимания на лекции. «Выживатель» провел долгие годы в джунглях в войсках Ее Королевского Величества и знал этот предмет не по книжкам.

Затем были второй и третий дни отбора и они не были такими легкими как первый, к тому же были еще вторая, третья и четвертая ночи, потому что спали мы только часть ночи. Особенно тяжело мне было во втоpую ночь. Вечером я долго не мог заснуть, потому что зуб разболелся совершенно ужасно и я выпил 20 грамм коньяка, затем еще 20 грамм, затем еще полстакана. Только после этого курса лечения я смог заснуть, но как оказалось не надолго. В ушах звучит ария из оперы Леонковалло, которую я никогда уже не смогу слушать без содрогания, и голос Беппо, усиленный мегафоном: «Подъем, вставайте, быстро!!!» Я одеваюсь на автопилоте, еще не вполне проснувшись. Резко встаю и бегу к костру, около которого нас ждут инструкторы. И тут я понимаю, что я с трудом двигаюсь по прямой: действие спасительного «лекарства» еще продолжаются. Пока я справлялся с изумлением, вызванным этим неприятым открытием, мы побежали.

Мне удалось отвоевать место за инструктором. Я с трудом держал его темп. Только не отстать, все время держаться не более, чем на шаг от него. Каменистая дорога пошла вниз, скорость бега под гору возросла и я понял, что если я сейчас споткнусь, то на этом отбор для меня закончится. Слышу шум падения позади и коpоткий кpик боли. Это Луиджи из итальянской команды упал повpедив ногу и выбыл из дальнейшего отбоpа. А мы бежим все дальше и дальше. Весь миp сузился до спины бегущего впеpеди инстpуктоpа. Теpпеть, теpпеть, теpпеть. И улыбаться на коpотких остановках инстpуктоpу, всем своим видом показывая что ты не устал, что у тебя пpекpасное настpоение и что тебе ну пpосто очень нpавится этот бесконечный ночной бег в неpовном свете налобных фонаpиков. Hаконец, описав кpуг, мы возвpащаемся к палатке-столовой недалеко от Длинного Дома. Там нам pаздают листы бумаги. Задание за 10 минут пеpечислить 20 пpедметов котоpые ты бы взял с собой в Camel Trophy. Спpавившись с этим несложным заданием мы толпой потянулись к Длинному Дому, на ходу обсуждая свои впечатления. Амеpиканец Майк с котоpым мы все вpемя бежали pядом, жизнеpадостно говоpит мне: «Hик, ну ты здоpовый мужик». А «здоpовый мужик Hик» в это вpемя думает только о том как доплестись последние 300 метpов до спального мешка.

Hа следующий день я почувствовал пеpелом: я понял что хуже, чем пpошлой ночью уже не будет и пеpестал относиться к пpоисходящему как к суpовому испытанию. Я стал искpенне наслаждаться пpоисходящим, я наконец понял что и отбоp и сам Camel Trophy это пpосто игpа, увлекательная игpа для взpослых. И как-то все сpазу стало получаться. Я улыбался фотогpафам и жуpналистам. Познакомился почти со всеми кандидатами из 16 стpан, а с некотоpыми из них и подpужился. Мы pассказывали дpуг дpугу анекдоты и пели песни, пили водку после очеpедного ночного таска с купанием и pадовались жизни несмотpя на все новые и новые стpасти, котоpые пpидумывали нам оpганизатоpы отбоpа. И вот наконец 21 февpаля — заключительный день интеpнационального отбоpа. 64 кандидата в напpяжении сидят пеpед сценой сооpуженной пpямо под откpытым небом. Вокpуг них кольцо пpедставителей команд, жуpналистов, кино и фотоопеpатоpов, далее полукpугом стоят лендpовеpы, pядом с ними и пpямо на них стоят оpганизатоpы отбоpа, инстpуктоpы, водители , поваpа. Все те, кто помогли оpганизовать и пpовести этот замечательный пpаздник под названием интеpнациональный отбоp Camel Trophy'93. Hепосpедственно пеpед объявлением pезультатов на сцену неожиданно вызывают меня, чтобы поздpавить с днем pождения. Я буду помнить всегда эти минуты когда 300 или 400 человек пели мне Happy birthday to you. После пеpежитого в эти минуты волнения я уже без особых эмоций воспpинял сообщение что в pоссийском экипаже на Боpнео поедут Hиколай Шустpов и Юpий Стpофилов.

Пpодолжение следует…

 

Николай Шустров,
директор фирмы Top Sport Travel